Личность
Право
Государство

УДК 340.128

С.В. Кодан
профессор кафедры теории государства и права
заслуженный юрист Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор
Уральский государственный юридический университет
Екатеринбург, Российская Федерация
Email: genesis-ist@yandex.ru
«ФОРМА ПРАВА», «ИСТОЧНИК ПРАВА» И «ИСТОЧНИК ПОЗНАНИЯ ПРАВА» КАК БАЗОВЫЕ ПОНЯТИЯ ЮРИДИЧЕСКОГО ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЯ
Аннотация
В статье рассматриваются вопросы соотношения подходов к рассмотрению терминов и понятий «форма права», «источник права» и «источник познания права» в контексте их значения для изучения носителей информации о государственно-правовых явлениях и институтах. Особое внимание уделяется анализу формы права как системообразующего явления в оформлении позитивного права на уровне нормативных правовых актов.
Ключевые слова
Источники права, формы права, источники познания права, нормативные правовые акты, юридическое источниковедение.

Публикация подготовлена при финансовой поддержке РФФИ

в рамках реализации научного проекта № 18-011-00329

«Юридическое источниковедение:

 теория, методология и методика изучения

носителей государственно-правовой информации»

 

 

Принципиально важной проблемой, находящейся в исследовательском пространстве взаимодействия методологии юридической науки в целом и методологического инструментария историко-юридического источниковедения, являются вопросы терминологического единства как средства коммуникации в научной среде. При этом весьма важен хроносинхронный контекст понимания и использования терминологии – учета её значения в рамках своего времени, поскольку «без учета требований принципа историзма невозможно избежать односторонних и поверхностных формулировок принятий, которые, претендуя на всеобщность, на самом деле значимы не для всех эпох исторического функционирования соответствующего феномена, выражаемого в искомом понятии, а лишь для той или иной эпохи или исторически ограниченной ситуации» – подчеркивает В.С. Нерсесянц[1]. Поэтому изучение носителей информации о правовом развитии требует четкого понимания терминов и понятий, выступающих системообразующими при изучении источников познания права.

Термины «форма права», «источник права», «источник познания права» и стоящие за ними понятия являются системообразующими для юридического источниковедения. Поэтому выделим два проблемных пространства, которые на наш взгляд имеют основополагающее значение для рассмотрения заявленной темы.

Понятия «источник права» и «форма права» относятся к числу наиболее дискуссионных вопросов. От их определения во многом зависит понимание механизмов позитивации норм права в юридических текстах как формах выражения права и, соответственно, изучения юридических текстов как носителей государственно-правовой информации – источниках познания права. В российской юриспруденции с конца второй четверти XIX - начале ХХ вв. вопросы понимания и разграничения формы права, источника права и источника познания права активно обсуждались. Исследования в этом направлении проводили Н.М. Коркунов, И.В. Михайловский, С.А. Муромцев, Н.К. Ренненкамф Л.И. Петражицкий, Б.Н. Чичерин, Г.Ф. Шершеневич и др.

Н.К. Ренненкамф в «Очерках юридической энциклопедии» (1880 г.), рассуждая «о формах права», характеризует их как «внешняя и объективная сторона права». Он подчеркивает – «Главные формы, в которых обнаруживается и развивается внешнее или объективное право, суть обычное право и закон. Эти формы также называются источниками права, что не вполне точно, потому что источники права суть органы, силы создающие право. Источниками они могут быть лишь в смысле источников познания права. Формы права составляют вопрос весьма важный. Потому что определенная форма есть одно из необходимых условий права. Предписание или требование только тогда имеет значение юридическое, когда высказано в форме права»[2].

Суть проблемы выразил Г.Ф. Шершеневич, который рассматривал форму права на средство позитивации правовых предписаний и внешнего их выражения - «Право … – это правила общежития, поддерживаемые государственной властью. Чтобы подданные могли ознакомиться, по внешним признакам, с содержанием норм права, необходимо воле властвующих выражаться в определенной заранее форме. Эта форма может быть едина, но она может быть и различна. Различные формы, в которых выражается право, носят издавна название источников права». По его мнению, термин «источники права» является «мало пригодным ввиду своей многозначности». Он выделил четыре основных сложившихся в правоведении подхода к пониманию «источника права»: a) силы, творящие право…, b) материалы, положенные в основу того или другого законодательства…, c) исторические памятники, которые когда-то имели значение действующего права…, d) средства познания действующего права…». В итоге Г.Ф. Шершеневич делает вывод – «Разнообразие значений, придаваемых выражению "источники права" в той же науке права, вызывает необходимость обойти его и заменить другим выражением – формы права. Под этим именем следует понимать различные виды права, отличающиеся по способу выработки содержания норм. Выбор форм зависит всецело от государственной власти»[3].

Е.Н. Трубецкой в определенной степени подвел итог обсуждению проблемы источников и форм права. В 1917 г. в «Лекциях по энциклопедии права» он отмечал, что отдельные формы права представляли право в «объективном смысле» и в «зависимости от того, чем обусловливается обязательность правовых норм», выделяются две формы права: «нормы права позитивного» – «правовые нормы, коих обязательность обусловливается санкцией того или другого внешнего авторитета (напр., государства, церкви, вообще того или другого организованного общества)» и «нормы права естественного» – «все те правовые нормы, коих обязательность не обусловливается каким-либо внешним авторитетом, а требовавшими разума»[4].

В советском и постсоветском правоведении проблема понимания содержания терминов «источник права» и «форма права» осталась дискуссионной. В правоведении одни ученые предпочитают использовать понятие «источник права», другие «форма права», а третьи – двойное название – «форма (источник) права». При этом преимущественно используется термин «источник права», в котором советские правоведы выделяли источники права в двух смыслах материальном – условия жизни общества и формальном – нормы права[5]. Обращалось внимание и на необходимость исследования форм права.

Понимание содержание конструкции «форма (источник) права» наиболее отчетливо определил профессор В.М. Баранов в трех проекциях: «а) источник права в материальном смысле; б) источник права в идеальном смысле (ранее это называлось – в “идеологическом смысле”); в) источник права в юридическом (формальном) смысле». По мнению ученого, «источником права в материальном смысле являются развивающиеся общественные отношения. К ним относятся способ производства материальной жизни, материальные условия жизни общества, система экономико-хозяйственных связей, формы собственности как конечная причина возникновения и действия права. Под источником права в идеальном смысле понимают правовое сознание. Когда же говорят об источниках в юридическом смысле, то имеют в вицу различные формы (способы) выражения, объективизации правовых норм». Последнее весьма концептуально выделяет и отделяет понятие формы права от источника права именно как «формы его внешнего выражения». При этом В.М. Баранова подчеркивает, что «под источниками права в юридическом смысле понимаются формы выражения, объективизации нормативной государственной воли. Это и есть внешняя форма права в истинном значении термина. Форма права показывает, каким способом государство создает, фиксирует ту или иную правовую норму и в каком виде (реальном образе) эта норма, принявшая объективный характер, доводится до сознания членов общества. Следовательно, внешнюю форму права можно определить как способ существования, выражения и преобразования правовых норм (выделено мною – С.К.)»[6]. Последнее, пожалуй, выделяет и отделяет форму права от источника права.

Интересный подход к решению обозначенных проблем представил С.С. Алексеев, который выделяет «внешнюю форму права» и исходит из того, что внешне право воспринимается через «акт-документ», поскольку он выступает в качестве формы «юридически-официального бытия юридических норм, других элементов правовой системы, обладающих юридической энергией или воздействующих на процесс правового регулирования. В рассматриваемом отношении правовой акт представляет собой внешнюю форму конституирования и существования, условно говоря, содержательных правовых явлений, в том числе применительно к нормативным юридическим актам, внешнюю форму права»[7]. По мнению ученого «с общетеоретической, философской стороны нормативные акты, как и иные источники, должны рассматриваться с помощью философского понятия "внешняя форма"» и это «в полной мере согласуется с важнейшей характеристикой нормативных актов как формы права». Обоснованность использования этого термина как обобщающего, ученый рассматривает в трех плоскостях: (1) «нормативные акты, так же, как и любая форма, зависят от своего содержания – содержания данного исторического типа права, отражают его принципиальные социальные особенности»; (2) «нормативные правовые акты так же, как и любая форма, обладают известной относительной самостоятельностью и отсюда требуют применения к ним специальных средств и приемов выражения и внешнего словесно-документального изложения»; (3) «воля государства не только должна быть изложена в языковой и логической форме и найти соответствующее словесно-документальное построение, но, и обязана получить специфически правовое выражение (в виде логических норм и норм предписаний, в правовых конструкциях и др.). Это особое правовое выражение и образует специальное юридическое содержание нормативного акта как формы права». Из данных посылок принципиально важным является сделанный вывод С.С. Алексеева о том, что «при рассмотрении нормативных актов, как формы права следует различать две стороны, каждая из которых имеет самостоятельное бытие и требует самостоятельного освещения. Это – форма юридического выражения воли государства, относящаяся к специально-юридическому содержанию права – собственному содержанию акта, и форма внешнего, словесно-документального изложения (построения) акта»[8].

Относительно соотношения терминов «источник права» С.С. Алексеев считает, что он более предпочтительней в практической жизни». Свою аргументацию он определяет через два утверждения: «Первое: нормативные акты являются формой права потому, что они выполняют функцию юридических источников, т.е. актов правотворчества. По сути дела, юридически источник права, взятый в содержательно-документальном ракурсе, т.е. как носитель юридических норм, и есть форма существования права. Второе (и самое главное): нормативный акт как форма права в практической жизни для лиц, применяющих и изучающих право, является, так сказать, и фактическим источником; нормативные акты – тот источник, из которого люди черпают сведения о юридических нормах». На этой основе делается вывод – «Такое двоякое значение термина "источник" (источник в смысле правотворческого решения и источник в смысле фактического местопребывания норм права) является убедительным основанием целесообразности и достаточности использования этого термина при обозначении нормативных актов в литературе, в практической жизни»[9].

С.С. Алексеев обращает внимание и на другие вопросы соотношения понятий, имеющих отношение к заявленной проблематике:  «форма права» и «содержание права»; «источника права» и «акта-документа», «формы права» и «текста правового документа» – «языка права». Он указывает на взаимосвязь и взаимодействие формы права с другими носителями информации о социальной действительности и отмечает, что «это прежде всего, разумеется, внешняя форма права – текст акта, а также связи между данным текстом и другими текстами, иными внешними данными, с которыми сопряжено издание и функционирование нормативного акта (политические документы, материалы практики и др.), т.е. все то, из чего путем прямого наблюдения, анализа и т.д. интерпретатор получает первичные данные» [10].

Весьма интересен подход к категории формы права А.В. Петрова, который рассматривает её «в закономерной связке понятийного ряда «сущность – содержание – форма права». Он подчеркивает – «Форма – это способ внешнего представления существенного содержания явления и должна быть рассмотрена в аспекте закономерных связей с сущностью и содержанием права. Сущность права развертывает, конкретизирует себя в содержании права, содержание – предстает в виде определенных форм. Форма права при этом подходе – это внешняя оболочка, если хотите – вместилище того целостного содержания права, в котором реализовалась его сущность»[11].

Итак, под формой права должны рассматриваться действующие в государстве официальные документы, которыми устанавливаются или санкционируются нормы права и которые представляют внешние формы выражения правотворческой деятельности государства, с помощью которых воля законодателя становится обязательной для исполнения.

Понятия «форма права» и «источник познания права» в контексте историко-юридического источниковедения выступают как обозначение взаимосвязанных явлений. Если первое понятие было нами уже рассмотрено, то вопрос же об «источниках познания права» уходит в область «историко-юридического источниковедения» и связан с разработкой данной проблематики российскими юристами и историками во второй четверти XIX – начале XX вв. В этот период в российской историко-юридической науке выделилась и сформировалась ее обособленная источниковедческая часть – внешняя история права. Профессор Н.Ф. Рождественский еще в 1848 г., обращаясь к законодательству как источнику познания права, писал: «история русского законодательства по предметам разделяется на внешнюю и внутреннюю. Первая занимается самими источниками законов, показывает причины и время издания оных, исчисляет законодателей и излагает формы, в которых раскрывалось русское законодательство; вторая излагает самое содержание, раскрывающееся в сих формах, – показывает содержание законов в хронологическом порядке, объясняя, как сии законы произошли, и какие изменения претерпели они в течении времени»[12].

В российской юриспруденции к началу XX столетия, отмечет Е.Н. Трубецкой, «от "источников права" следует точно отличать "источники правоведения" или источники нашего познания о праве. Мы узнаем о существовании норм позитивного права из сборников, изданных теми или другими правительственными органами или частными лицами, из исторических памятников или ученых сочинений. Все это – источники нашего дознания о праве, стало-быть, источники правоведения, а не источники права. Закон у нас в России имеет обязательную силу не потому, что он помещен в Своде Законов, а потому, что он издан законодательною властью. Стало-быть, Свод Законов ни в каком случай не есть источник права, а только источник нашего познания о  праве, след., - источник правоведения»[13].

Особо вопрос об источниках познания права был разработан российскими историками права. Историко-юридическое источниковедение формируется именно связи и на основе «источников познания права. По этому поводу В.Ф. Леонтович отмечал, что «научная разработка отечественного права в историческом его развитии – главный предмет науки истории русского права. Ее можно назвать наукою о постепенном развитии правил, определяющих юридические отношения, и форм их установления в России. Задача науки истории ... состоит в раскрытии: во-первых, форм, в которых юридические правила и установления осуществлялись у нас в ту или иную историческую эпоху, и во-вторых сущности юридических правил, составляющих содержание законодательных памятников». Им же были определены и основные требования к изучению источников познания права в исторической проекции: во-первых, должна быть рассмотрена «история каждого памятника в отдельности» – причины издания, мотивы и цель законодателя, процесс создания, лежащие в основе источники, редакции, осветить «судьбу памятника – силу и действие его в последующие эпохи развития законодательства, а также представить «научную обработку и литературу памятника»; во-вторых, общая характеристика «системы и содержания памятников» – «по языку, системе, порядка образования и распределения постановлений», но без вторжения в сферу внутренней истории права – «насколько это необходимо для общего знакомства с памятниками»; в-третьих, показать значение правового памятника в ту или иную эпоху государственно-правового развития общества»[14].

Историками российского права была достаточно хорошо проработана и проблема определения «источников познания права. Так, например Д.Я. Самоквасов отделял «источники истории права» в контексте их отделения от «источников права» и рассматривал их как «средства познания истории русского права» и классифицировал их «общие» – «всякого рода памятники прошедшей жизни, сохранившие указания на общественные отношения, ведущие к познанию правовых норм» и «специальные» - «отдельные акты и сборники законодательства и обычных правил»[15]. Н.П. Загоскин предложил следующую классификацию источников познания «истории права»: «1) памятники вещественные, 2) летописи и хронографы, 3) памятники государственного и юридического быта, 4) памятники устной и письменной словесности, 5) записки (мемуары) и письма современников и 6) сказания иностранцев. включая их в систему общеисторических источников»[16].

Итак, формы права в изучении правовых явлений и институтов выступают источником познания права – как носители информации о нормативах правовых актах, как в целом, так и в виде их отдельных разновидностей.

 * * *

 

Таким образом, вопрос о соотношении понятий «источник права», «форма права» и «источник познания права» находится в следующих плоскостях. Источниками права являются развивающиеся общественные отношения, условия жизни общества, система экономико-хозяйственных связей, формы собственности как конечная причина возникновения и действия права. Форма права отражает и выступает как продукт деятельности государственной власти по образованию позитивного права и институционализации правовых предписании, определения и закрепления последних в отдельных видах и общей конфигурации носителей нормативно-правовой информации. Источниками познания права являются носители информации, которые позволяют изучать правовые явления и институты. Указанные три плана изучения носителей правовой информации образуют теоретическую базу изучения права в источниковедческом плане.

 



[1] Нерсесянц В.С. Право и закон. Из истории правовых учений. М., 1983. С. 364.

[2] Ренненкамф Н.К. Очерки юридической энциклопедии. Киев - СПб., 1880. С. 67.

[3] Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. М., 1910. Т. 1. 134.

[4] Трубецкой Е.Н. Лекции по энциклопедии права. М., 1917. С. 91-92.

[5] См. о содержании и соотношений понятий «источник» и «форма» права: Шебанов А.Ф. Форма советского права. М., 1968; Зивс С.Л. Источники права. М., 1981; Баранов В.М. Формы (источники) права // Общая теория права. Курс лекций. Н. Новгород, 1993; Дробышевский С.А, Данцева Т.Н. Формальные источники права. М., 2011; Муромцев Г.И. Источники права // Проблемы общей теории права и го­сударства. М., 2001; Мицкевич А.В. Формы выражения, или источники права// Общая теория государства и права. Академический курс в 3 т. М., 2002. Т. 2; Мартышин О.В. Понятие права и источники права // Источники (формы) права: вопросы теории и истории. Краснодар, 2002: Ромашов Р.А. Источники права // Теория государства и права. СПб., 2005; Марченко М.Н. Источники нрава. М., 2005; Марченко М.Н. Источники российского права: вопросы теории. М., 2005; Марченко М.Н. Теория государства и права. М., 2005 и др.

[6] Баранов В.М. Формы (источники) права // Общая теория права. Курс лекций. Н. Новгород, 1993. С. 249.

[7] Алексеев С. С. Общая теория права: в 2 т. М., 1981. Т. 1.С. 194-195.

[8] Там же. С. 211-212.

[9] Алексеев С.С. Общая теория права: в 2 т. М., 1981. Т. 1. С. 212-213.

[10] Там же. С. 81, 277-281.

[11] Петров А.В. Форма права и ее разновидности // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. 2012. № 6 (1). С. 230.

[12] Рождественский Н.Ф. Обозрение внешней истории русского законодательства, с предварительным изложением общего понятия и разделения законоведения. СПб., 1848. С. 8-9, 22.

[13] Трубецкой Е.Н. Указ соч. С. 95.

[14] Леонтович Ф.И. История русского права. Одесса, 1869. Вып. 1. С. 5-6.

[15] Самоквасов Д.Я. История русского права. М., 1899. С. 18-19.

[16] Загоскин Н.П. Курс истории русского права. Казань, 1906. Т. 1. С. 64-84.

 

S.V. Kodan
Professor of the department of theory of state and law
honored lawyer of the Russian Federation, doctor of jurisprudence, professor
Ural State Law University
Ekaterinburg, Russian Federation
Email: genesis-ist@yandex.ru
«FORM OF LAW», «SOURCE OF LAW» AND «SOURCE OF KNOWLEDGE OF LAW» AS BASIC CONCEPTS OF LEGAL SOURCE STUDY
Annotation
In the article questions of a correlation of approaches to the consideration of terms and concepts "form of law", "source of law" and "source of knowledge of law" in the context of their value for studying of data carriers about state-legal phenomena and institutes are considered. Special attention is paid to the analysis of a form of law as backbone phenomenon in the design of positive law at the level of regulatory legal act.
Keywords
Sources of law, forms of law, sources of knowledge of law, regulatory legal act, legal source study.